Уже много лет я не люблю свои дни рождения. Ну не люблю их и всё. Прошлый я даже и не отмечала, но этот, восемнадцатилетие, вроде как всё-таки надо было, да и Д. загорелся идеей проведения совместного праздника и меня заразил этим огнём. Я заразилась охотно, но почему-то в глубине души подозревала, что ничего хорошего из этого не выйдет...
Я стояла рядом с фэпом и забивала на пары: учиться в моём состоянии было просто невозможно. Какая уж тут учёба, когда ты разочаровываешься в себе, в людях, в дружбе, в любви да и в жизни вообще... Ветер мерзким льдом окутывал лицо, иногда начинался такой же мерзкий ледяной дождик, а я бы, наверно, курила, если бы умела курить. Обычно я называю такое состояние "колбасит".
- Меня колбасит. По-нехорошему колбасит, - я не нашла лучшего адресата для этих слов, чем вышедшего с пары Чалдряна. Он попытался сказать мне что-то в утешение, но до моих забитых депрессивной ватой ушей вряд ли доходила хотя бы малая часть его слов.
- Колбасит, - повторила я, дрожа от холода, - не знаю, куда себя деть.
- У тебя есть читательский?
- Что?
- У тебя читательский с собой?
- Да.
- Значит, так. Иди сейчас в библиотеку и возьми книгу Хэмингуэя "Праздник, который всегда с тобой". Прямо сейчас. Это то, что тебе нужно.
- Но мне нельзя сейчас появляться в библиотеке...
- Я уже сказал, что тебе нужно сделать.
Сашка ушёл на пару, а я осталась наедине со своей депрессией. В библиотеку идти было нельзя. Оставаться одной тоже. Qu'est-ce qu'il faut faire?
( Дочитать до конца )